Sex is Pure

18+

Рассылка

Дайджест лучших материалов Sex is Pure — откровенные тексты и изображения в одном письме, которое приходит раз в неделю
Обязательное поле
Кино

Опустошенность от затянувшихся каникул

Вуайеризм и врачебные ошибки в драме «Загар» Аргириса Пападимитропулоса

Серые пустынные пейзажи отражаются в мутном окне судна. Костис – врач непонятно средних лет – провожает взглядом одинаковые прибрежные домики. Как говорит встречающий его на причале острова Антипарос мужчина: «Место очень спокойное, настраивает на раздумья». Костис приходит в свой новый съемный дом, садится на диван и углубляется во мрак кадра, в то время как сзади мигает огнями рождественская ель. Это первый звоночек карнавала, который его еще настигнет. 

Лечить он умеет и любит, но чувствует свое уязвленное одиночество на каждом шагу. Его замкнутость и уединенность в себе – не признаки социофобии, а глубокие личностные поражения, которые самому Костису оказываются неподвластны. 

Однажды в просторный солнечный кабинет врача заявляются пляжные бездельники-туристы, среди них – миловидная кудрявая девушка Анна, упавшая с мотоцикла. Шутка за шуткой, Костиса хватают за голову, издеваются над возрастом, пока он накладывает пострадавшей повязку. Когда туристы растопчут его человеческое достоинство, а девушка сделает комплимент – «вы самый лучший доктор в мире» – и подкрепит его жарким ударом губ в обмякшую шею, Костис не останется в обиде, наоборот, даже такой унизительный контакт с живой, молодой энергией для него вспышка в свете бесконечных дней в своих четырех стенах. И он спешит закончить прием пораньше, чтобы направиться на пляж. 

Врач в последующие августовские дни (очень важные в году для всего города, огромное количество посетителей из-за сезона) будет наполнять свое тело и стараться выйти из затянувшегося конфликта с плотью. За внешней простотой и схематичным предписанием как прием лекарств скрывается история влюбленности. Врач знает анатомию, но не знает себя. Однако, ученому человеку доподлинно не известно, как работают чувства.

Еда, алкоголь, крем для загара. Тело будет вбирать все гедонистические начала, которые будут доступны Костису, но чувство своей отрешенности и неуверенности начнет только подкрепляться фривольным поведением Анны, встречами с ней и ее друзьями, отдыхающими на нудистском пляже. Кажется, что жить он будет только для того, чтобы закрыть свой кабинет в три часа дня по полудню и с криком (Guys, who want a cold beer?) спуститься по песчаной горке к новым друзьям. Ребята приглашают с ними пообедать, но наполнение тела никак не получает своего удовлетворения, а шутки и издевательства все плодятся и плодятся. «Как, ты не знаешь, что такое глорихол?»

Одиночество Костиса – добродушная ребяческая вера в собственную необходимость в лице других. Работы, что заполняла его существование становится недостаточно, как и еды и времяпровождения с молодежью. Он заворожен Анной. На вечеринке он с ней целуется, а парня из ее компании поцеловать отказывается. На что слышит: «Целуешь всех или никого». Но несерьезный настрой не отталкивает Костиса, он готов принять игру, но сам не понимает, в чем она заключается. Маску понимания и радушия перед знакомыми он может снять только, когда случайно встречается с счастливым институтским товарищем на пляже. И в тот момент чувствует свою неполноценность, слушая рассказ о чужом семейном счастье. Как же быть ему? Неужели он его не достоин?


Хочется посмотреть кино и пообниматься?
Yes, please


Костис с объектом своего любовного, в первую очередь, желания остается один, он не способен пойти на физическое сближение и под предлогом уйти в тень, издалека наблюдает за голой Анной в морском штиле. Вуайеризм – важная его черта, во многом врачебная, профессиональная. И потому, когда секс все же происходит, Костис буквально за несколько секунд соития эякулирует. Ему привычно быть не участником процесса, а его непосредственным руководителем.

Если мыслить загар как приобретение, смену оттенка покрова кожи, то можно сказать, что чем больше герой приобретает физическое подтверждение своей нормальности через желание девушки, через ее, как ему кажется, неподдельный интерес к нему как к мужчине, тем больше он теряет себя. Тело вроде бы насытилось через иллюзорное представление о взаимности, но Анна исчезает и Костис изменяет своему желанию той единственной. В смятенном поиске ее и продолжении себяубеждения во внутренней состоятельности герой дает в рот незнакомке у клуба, все больше пьет и даже пропускает работу.

Так же неожиданно девушка возвращается, Костис продолжает свои параноидальные выходки и расспросы, подкрепленные большим чувством. Окончательно его добивает сцена наблюдения за горячим сексом его возлюбленной и ее друга в палатке. Он смотрит за долгим сексом со стонами и удовлетворением, которого он не смог ей дать. Безумие проявляется позже. Костис смачивает тряпку снотворным и в туалете клуба и приносит Анну в свой кабинет, кладет на кушетку, где впервые и произошло их физическое столкновение. Во что бы то ни стало, он хочет доказать ей свою мужскую пригодность. Как только Костис снимает штаны, он понимает, что не способен трахнуть девушку в отключке. Он не хочет ее тела, он хочет признания того, что он мужчина, он хочет признания его эрегированного члена, но откинутая навзничь голова похищенной не отвечает ему ничем. Врач берет дезинфицирующее средство и молча обрабатывает ей раны от падений, полученные во время неудачной транспортировки до кабинета. Он снова на той же самой точке опустошения, неудовлетворения и подавленности. Мысль о том, что эта девушка – не та самая, даже не посещает его. Анна присвоена им, хотя бы сейчас, хотя бы в это момент, пока его не раскрыли. Но этот миг – не миг счастья, а момент его конечной невозможности, которую уже ничто не способно исправить. Момент краха его тела перед разумом. И для Костиса нет правды в том, что некоторым людям лучше не знать, что бывают асимметричные стринги, что кто-то трахается лучше, что за миром прочитанных книг и прослушанных медицинских лекций есть и другая реальность неуправляемого, нерационального и неизлечимо физического. Лето кончится, туристы уедут, самого его за постоянные пропуски работы отправят восвояси, загар исчезнет, а ожоги, полученные при первом любовном чувстве после тридцати заживать будут долго. Организм уже не тот.

Рассылка

Дайджест лучших материалов Sex is Pure — откровенные тексты и изображения в одном письме, которое приходит раз в неделю
Обязательное поле