Sex is Pure

18+

Рассылка

Дайджест лучших материалов Sex is Pure — откровенные тексты и изображения в одном письме, которое приходит раз в неделю
Обязательное поле
Чтение

Квирность – еще не самое странное свойство

Глава из «Инсектопедии» антрополога Хью Раффлза, посвященная межвидовым утехам и отвязному сексу насекомых и животных

© George Krizek

1

Присмотритесь к этой фотографии. Ее сделал 15 марта 1991 года
в Рондонии, на юго-западе бразильской Амазонии, Джордж Кризек, клинический психолог, энтомолог-любитель из Флориды. Слева – бабочка рода Dynamine; справа – жук-стафилинид. [1]

Доктор Кризек наблюдал за жуком, когда появилась бабочка. Самец или самка бабочки (в статье это не уточняется) сел(а) на лист слева, вытянул(а) свой хоботок и сразу же начал(а) исследовать приподнятый анус жука.

Кризек торопливо достал фотоаппарат. Но, пока он наводил на резкость, бабочка, застеснявшись, – возможно, не желая, чтобы его/ее запечатлели в столь интимный момент, – отвел(а) хоботок. И все же нетрудно вообразить, как выглядело бы это фото, будь доктор чуть-чуть попроворнее.


2

Как знать, что наблюдал доктор Кризек в тот день в Рондонии? Давайте вообразим, что это действительно были случайные межвидовые анальные утехи (извините, я не могу придумать более благопристойный эвфемизм). И давайте вообразим, как предполагает Кризек, что эти два насекомых не руководствовались какими-то тайными мотивами: жук не был богомолом, пытающимся приманить бабочку, чтобы ею пообедать; бабочка не была муравьем, который ходит по пятам за тлей, чтобы слизывать сладкий анальный экссудат. Давайте вместо этого предположим – как и доктор Кризек, – что это были всего лишь два маленьких насекомых, которые познакомились между собой, перепихнулись и искренне этому порадовались. Кризек не сомневался в своей трактовке увиденного. Во время своегошести-семисекундного интимного контакта оба насекомых вели себя «спокойно» (собственно, спокойнее, чем он сам). Судя по всем признакам, они взаимодействовали по доброму согласию. Если бы этот межвидовой «орально-генитальный контакт» произошел между человеком и другим млекопитающим, заметил Кризек (довольно авторитетно, поскольку в этой области он практикует как профессионал), это немедленно было бы признано «половой парафилией», то есть фетишизмом.

Любишь читать книжки и заниматься сексом?
Найти партнера сейчас

Но, добавляет Кризек, международная терминология психиатрии распространяется только на людей, так что для этого взаимодействия требуется другое название. Он предлагает термин «зоофилия». Он не может не знать, что сейчас так обозначаются действия людей, которым нравится секс с животными других видов, термин, которым даже сами любители животных теперь называют то, что когда-то именовалось скотоложеством. Может быть, фото Кризека, сделанное чуть запоздало, – приглашение ко всем секс-исследователям всех видов создать их дивный новый мир по-настоящему многообразного многообразия?


3

В сочинении «О том, что животные обладают разумом» (одном из самых занимательных в его знаменитых «Моралиях») Плутарх (45–120 н. э.) указал на то, что среди животных не встречается гомосексуальность, «в то время как у вас подобные примеры нередки среди самых замечательных людей, не говоря уже о безвестных» [пер. С. В. Поляковой. – Ред.], сочтя это убедительным доказательством того, что животные добродетельнее людей [2]. 

С тех самых пор исследователи, по-видимому, с трудом признают сексуальность в свиданиях животных по схемам «самец – самец», «самка – самка» или в смешанных группах. И все же теперь накопилось слишком много свидетельств, их уже невозможно игнорировать. Как недавно написал нейробиолог Пол Вейзи, «все труднее отметать, считая исключениями, индивидуальными особенностями или патологией, все сексуальные взаимодействия у животных между особями одного пола» [3].

Это касается не только обезьян бонобо, знаменитых своей сговорчивостью в этих вопросах. Многообразный «секс-репертуар» документально зафиксирован у большого числа видов, от гусей (парные связи между самцом и самцом) до дельфинов (одиночная и взаимная мастурбация, оральный секс и петтинг), от ящериц (вуайеризм и эксгибиционизм) до американских бизонов (спаривание самца с самцом и самки с самкой) и многих других. Еще в 1912 году итальянский энтомолог Антонио Берлезе сообщил, что тутовый шелкопряд вида Bombyx mori – одно из множества насекомых, склонных к тому, что этот ученый назвал гомосексуальным извращением [4]. 

Долгое время зоологи просто приискивали какие-то объяснения квирности (будь то гомосексуальность или что-то еще), на которую натыкались, и не считали, что ее следует воспринимать серьезно. Вначале – как будто это были гомосексуальные половые акты в тюрьмах – они отмахивались от этих черт, объясняя их развращающим эффектом одомашнивания или заточения в лабораторных клетках. Позднее стало очевидно, что «в природе» животные часто выбирают партнеров своего пола, даже когда есть потенциальные партнеры противоположного пола. Эти существа, заключили ученые, либо ведут себя девиантно, либо, что встречается чаще, ошибаются. Просто не понимают, что развлекаются с партнером своего пола.

К семидесятым годам ХХ века биологи все больше стали склоняться к тезису, что гомосексуальное и другое нерепродуктивное поведение может иметь смысл с точки зрения эволюции, хотя, как представляется, и идет вразрез с основополагающим эволюционным императивом, который велит размножаться. Вместо того чтобы отказывать ему в значимости, исследователи (особенно те, на кого повлияли социобиология и эволюционная психология) начали работать над объяснениями, которые включали эту на первый взгляд аномальную деятельность в контекст естественного отбора. Если квирный секс существует, рассудили они, то он должен, как и поведение в целом, нести адаптационную функцию. Они назвали нерепродуктивные сексуальные взаимодействия (типа анальных забав бабочки с жуком) «социосексуальным поведением»: социальным по функции и сексуальным по форме.

Однако еще до того, как биологи понаблюдали за этим поведением, еще до того, как они увидели, в чем оно состоит, еще до того, как они вообще зафиксировали, что оно существует, они полагали, что уже знают его предназначение. Как и поведение в целом, уверяли они, однополый секс служит для того, чтобы сделать возможной для его участников «некую социальную цель, повышающую приспособленность организма, или стратегию размножения» [5]. Подобная трактовка походила на кроссворд, где ответы известны, а вопросы следует додумать, – только, в отличие от кроссворда, не было никаких гарантий (кроме уверенности ученых) в том, что ответы и вопросы регулируются одними и теми же правилами. Если бы применялась более ортодоксальная аналитическая процедура, разве теория не пересматривалась бы на основе полученных данных?

Вполне предсказуемо, что объяснения, к которым привели такие способы, могли быть весьма изворотливыми.По распространенному мнению, секс между самцами дрозофил в подростковом возрасте – тренировка или практика в целях последующих гетеросексуальных похождений [6].

Факт тот, что биологи, изучающие других животных, обнаружили, что секс («нерепродуктивный» и прочий) – это зачастую занятие, которому предаются исключительно ради удовольствия

«Женственное» поведение самцов жука-страфилинида (они уворачиваются от более крупных и более агрессивных самцов, делая то, что делают самки: добывая навоз, занимаясь сексом с самцами) – это стратегия слабых самцов, которые иначе не могли бы получить доступ к пище и самкам [7]. Бисексуальный «промискуитет» самцов плавта, которые, пренебрегая периодом ухаживания, вскакивают на любого другого плавта – самца или самку, попадающегося на их пути, имеет смысл, так как «затраты времени и энергии на попытки спаривания с другими самцами меньше, чем выгоды от оплодотворения всех потенциальных партнерш» [8]. То, что самец и самка японского хрущика (Popillia japonica) после коитуса проводят два часа «в обнимку», – проявление решимости полигамного и склонного к гомосексуальным контактам хрущика-самца уберечь свои «генетические инвестиции» от других самцов, которым захочется оплодотворить самку прежде, чем она отложит яйца. Что до однополых соитий между самцами или самками японского хрущика, то это «ошибочное поведение» «особей в состоянии полового возбуждения» [9]. Бисексуальные самки виноградного долгоносика совершают садки на других самок в три раза чаще, чем самцы виноградного долгоносика на других самцов. Почему – никто не знает, но исследователи уверены, что у этого поведения есть «биологическая функция», которая вскоре будет открыта [10].

Все чисто функционально, никакого веселья. Какая уж там радость секса. А у меня, как и следовало ожидать, есть своя ненаучная догадка: по моим подозрениям, если среди насекомых не замечен приятный секс, то потому, что никто (пожалуй, кроме Джорджа Кризека) его не высматривал.

Факт тот, что биологи, изучающие других животных, обнаружили, что секс («нерепродуктивный» и прочий) – это зачастую занятие, которому предаются исключительно ради удовольствия. И, что было неотвратимо, биологи сразу же заключили, что у такого удовольствия тоже есть своя функция. Приятный секс, говорят многие, – это «социальная смазка». Удовольствие и чувство близости, возникающие при сексе, разряжают напряженность в группе. Это инструмент примирения. Это часть тех близких отношений, которые способствуют налаживанию социальных связей [11].

Естественно, мы могли бы привести тот же аргумент, говоря о функции секса между людьми. И как знать, возможно, она действительно такова. Но, даже будь это истинной правдой, это все равно объясняло бы очень мало, это был бы лишь малюсенький обрывок одного из самых запутанных повествований о жизни.


4

Должен ли квир-секс у животных всегда нести эволюционную функцию? Казалось бы, это совершенно тривиально, но, может быть, у животных, как и у людей, желание заняться сексом – достаточная причина, чтобы сойтись вместе?

По крайней мере, у некоторых видов ответ ясен. Среди самок японской макаки, которых изучал Пол Вейзи, отношения держатся на «взаимном половом влечении» [12]. Вейзи и его соавторы много лет наблюдали, как самки макаки поглаживают себя своими же хвостами и трут клиторы друг дружке.

На взгляд Вейзи, все эти сексуальные игры между самками не несут никакой адаптационной функции. Скорее, считает он, они возникли как побочный продукт гетеросексуального секса, а теперь существуют сами по себе, разнообразя жизнь и принося удовольствие. 

Утверждая, что удовольствие и вожделение – уже достаточное объяснение однополых свиданий, Вейзи и другие опираются на работы эволюционного биолога Стивена Джей Гулда, охватывающие почти тридцать лет. В серии революционных и спорных работ Гулд утверждал, что в эволюционной теории в США делался слишком сильный упор на адаптации. Он указывал на черты, которые не отбирались эволюционным путем напрямую, а были нефункциональными побочными продуктами («биологическими антрвольтами») других адаптаций [13]. Подобные черты часто нейтральны в эволюционном отношении: они не ставят в невыгодное положение своих носителей и потому не подвергаются негативному селективному давлению. Один из примеров – лесбиянство среди японских макак. Вейзи предполагает, что оно возникло, когда самки забирались на апатичных самцов, пытаясь возбудить их для соития. Как только самки обнаружили, что им приятно тереться о тела самцов, вскоре они выяснили, что об подружек тереться еще приятнее. Изначальный гетеросексуальный секс несет эволюционную функцию, а квир-секс просто приносит больше удовольствия.

Как знать, прав ли Вейзи насчет этих обезьян-лесбиянок. По крайней мере, он рассказывает интересную историю, поинтереснее, чем версия, которая гласит, что они просто не могут почувствовать разницы.


5

Нам нужны более интересные истории и о насекомых-гомосексуалах. Энтомологи, садитесь и пишите! Удручает, что спустя несколько столетий после Декарта мы вынуждены иметь дело с механистическими моделями. Мы должны вернуть удовольствие и вожделение. Даже глубоко зловещее, непростое парафилическое удовольствие – вожделение богомола. В особенности глубоко зловещее, непростое парафилическое удовольствие-вожделение богомола.

Нам нужно больше квирного! Вспомним пчел. Якобы бесполое сестричество пчел. Прихлебывающих и сосущих вo тьме улья. Прикасающихся друг к дружке и вбирающих что-то, трущихся и корчащихся. Этот жидкий мир теснейшей близости.

Кто может знать, что наблюдал в тот день в Рондонии Джордж Кризек? Приятно думать, что это действительно были межвидовые анальные утехи. Два крохотных насекомых перепихнулись и получили удовольствие. Но неважно, если это было не так. Все равно могло быть так. И если не в тот момент, то когда-нибудь еще. Возможности безграничны. Нам следует внимательно наблюдать за окружающим миром. Кто может знать, что мы найдем? Кто может знать, что мы выясним? Кто знает, во сколько крат интереснее наш мир, чем кажется нам?


ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Krizek George O. Unusual Interaction Between a Butterfly and a Beetle: «Sexual Paraphilia» in Insects? // Tropical Lepidoptera. 1992. Vol. 3, no. 2. Р. 118.

[2] Plutarch. Moralia. Vol. XII / trans. Harold Cherniss and William C. Helmbold. Cambridge: Harvard University Press, 1957. § 989, Р. 519–520.

[3] Vasey Paul L. Homosexual Behavior in Animals: Topics, Hypotheses and Research Trajectories // Homosexual Behavior in Animals: A Evolutionary Perspective / Volker Sommer and Paul L. Vasey, eds. Cambridge: Cambridge University Press, 2006. Р. 5. В этом разделе я многое взял из ценной статьи Пола Васи. См. также колоссальный «труд любви»: Bagemihl Bruce. Biological Exuberance: Animal Homosexuality and Natural Diversity. New York: St. Martin’s Press, 1999. Бейджемихл оперирует благороднейшим (и, следовательно, спорным) определением секса, которое позволяет ему включать в эту категорию многие взаимодействия, которые иначе можно истолковать как «социальные без сексуального характера». Но он эффективно доказывает свою ключевую мысль – то, что нерепродуктивный секс среди животных гораздо разнообразнее и распространен шире, чем предполагают (руководствуясь различными основаниями) ученые. См. также: Roughgarden Joan. Evolution’s Rainbow: Diversity, Gender, and Sexuality in Animals and People. Berkeley: University of California Press, 2004; статьи из: Sommer, Vasey. Homosexual Behavior in Animals.

[4] Berlese Antonio. Gli insetti: loro organizzazione, sciluppo, abitudini e rapporti coll’uomo. Vol. 2. Milan: Societa Editrice Libraria, 1912–1925; цит. по: Barrows Edward M., Gordh Gordon. Sexual Behavior in The Japanese Beetle // Popillia japonica; Comparative Notes on Sexual Behavior of Other Scarabs (Coleoptera: Scarabaeidae) // Behavioral Biology. 1978. Vol. 34. Р. 341–354.

[5] Vasey. Homosexual Behavior in Animals. Р. 20.

[6] McRobert Scott P., Tompkins Laurie. Tow Consequences of Homosexual Courtship Performed by Drosophila melanogaster and Drosophila affinis Males // Evolution. 1988. Vol. 42, no. 5. Р. 1093–1097.

[7] Forsyth Adrian, Alcock John. Female Mimicry and Resource Defense Polygyny by Males of a Tropical Rove Beetle (Coleoptera: Staphylinidae) // Behavioral Ecology and Sociobiology. 1990. Vol. 26. Р. 325–330.

[8] Constanz George D. The Mating Behavior of a Creeping Water Bug, Ambrysus occidentalis (Hemiptera: Naucoridae) // American Midland Naturalist. 1974. Vol. 92, no. 1. Р. 234–239, 237.

[9] Barrows, Gordh. Sexual Behavior in The Japanese Beetle, Popillia japonica. Р. 351.

[10] Kikuo Iwabuchi. Mating Behavior of Xylotrechus pyrrhoderus Bates (Coleoptera: Cerambycidae) V. Female Mounting Behavior // Journal of Ethology. 1987. Vol. 5. Р. 131–136.

[11] См.: Vasey. Homosexual Behavior in Animals. Р. 20–31.

[12] Vasey Paul L. The Pursuit of Pleasure: An Evolutionary History of Female Homosexual Behavior in Japanese Macaques // Sommer, Vasey. Homosexual Behavior in Animals. Р. 191–219, 215.

[13] См.: Gould Stephen Jay, Lewontin Richard. The Spandrels of San Marco and The Panglossian Paradigm: A Critique of The Adaptationist Program // Proceedings of The Royal Society of London B. 1979. Vol. 205. Р. 581–598. Они начали контрнаступление на теорию гиперадаптационизма, заявив: «Мы обвиняем адаптационистскую программу в неспособности отличать текущую полезность от причин происхождения в нежелании рассматривать альтернативы версий об адаптации; в том, что ее критерием для согласия со спекулятивными историями служит исключительно правдоподобие; в отказе рассматривать надлежащим образом… конкурирующие темы». См. также: Gould Stephen Jay. Exaptation: A Crucial Tool for Evolutionary Psychology // Journal of Social Issues. 1991. Vol. 47, no. 3. Р. 43–65; Idem. The Exaptive Excellence of Spandrels as a Term and Prototype // Proceedings of The National Academy of Sciences. 1997. Vol. 94. Р. 10750–10755.


Из книги американского антрополога Хью Раффлза “Insectopedia,” переведенной Светланой Силаковой и выпущенной в рамках совместной издательской программы Ad Marginem и Музея современного искусства «Гараж» в 2018 году.

Рассылка

Дайджест лучших материалов Sex is Pure — откровенные тексты и изображения в одном письме, которое приходит раз в неделю
Обязательное поле